Резонансное убийство в подмосковном Фрязеве стало поводом для множества публикаций, однако одна деталь осталась почти незамеченной. После преступления Имомали Турдиев попытался скрыться не где-нибудь, а на складах Wildberries. Он выбрал их как наиболее безопасное укрытие — и, как выясняется, не без оснований. Этот эпизод неожиданно высветил куда более масштабную проблему: как крупнейший маркетплейс страны превратился в пространство, на которое рассчитывают преступники и на которое ежедневно жалуются обычные люди.
Формально сотрудничество Wildberries с гражданами стран ЕАЭС разрешено лишь на двух складских комплексах в Подмосковье — в Коледино и Электростали, при наличии всех необходимых документов. Пресс-служба компании регулярно подчёркивает, что на складах работают в основном граждане России, а сама компания активно взаимодействует с правоохранительными органами. Однако опросы сотрудников рисуют совершенно иную картину.
По словам работников, мигранты составляют абсолютное большинство персонала. Вначале они ведут себя спокойно, но спустя несколько месяцев ситуация меняется: начинаются угрозы, давление, попытки принуждать других работать за себя. Отдельные группы устраивают конфликты, запугивают супервайзеров, пытаются их подкупать. После теракта в «Крокусе» напряжение на время спало, но вскоре всё вернулось к прежнему состоянию.
Любая проверка складов в Электростали приносит силовикам «урожай»: десятки нелегалов, зачинщики массовых драк, уклонисты от службы. Когда рейды проходят без предупреждения, картина напоминает включение света на кухне с тараканами: иностранные специалситы прячутся в туалетах, коробках, гофрах, на полках, пытаются бежать через ворота отгрузки. Черкизовский рынок ушёл в прошлое, но его «традиции», похоже, просто сменили адрес.
При этом в регионах ситуация выглядит подозрительно спокойной. Сотрудники складов в Ростове-на-Дону вспоминают лишь единичные визиты полиции — и то по факту кражи. Да, мигранты сбиваются в группы и устраивают потасовки, но вопрос, по сути, заметается под ковёр. Показателен и случай со складом в Шушарах под Санкт-Петербургом, где после пожара выяснилось, что по документам такого объекта вообще не существовало. Между тем он работал, и на нём числились около 1600 сотрудников.
Но «контрафакт» в системе Wildberries — это не только люди. Товарная часть проблемы не менее показательна. Недавний куршевельский скандал вокруг сети Rendez-Vous стал ярким примером. Роскошная вечеринка с участием западных звёзд и российских селебрити обошлась, по разным оценкам, в десятки миллионов, которые в итоге утекли в самую русофобскую страну Европы. После этого выяснилось, что продвигаемый как «французский» бренд Tendance во Франции никто не знает: формальная регистрация — и не более того. Реально это дешёвая продукция из Китая, предназначенная исключительно для российского рынка.
На Wildberries этот бренд представлен в изобилии. Его «французское происхождение» подчёркивается в описаниях, а вот страна изготовления указывается как угодно — Испания, Италия, что угодно, кроме правды. Модераторов площадки такие детали, судя по всему, не волнуют.
Эксперты отмечают: маркетплейс стал удобной площадкой для продажи контрафакта и «реплик» под видом оригинала. Удалить такие товары даже по заявлению правообладателя крайне сложно. Судя по фамилиям продавцов, значительную часть этого бизнеса ведут мигранты, предлагая продукцию сомнительного происхождения — из Китая, Бангладеш или «родных» стран.
Справедливости ради стоит признать: основной покупатель Wildberries — человек небогатый, зачастую сознательно выбирающий реплику вместо оригинала. В условиях экономического давления вопрос защиты прав западных брендов выглядит для многих вторичным. Но когда контрафакт становится системообразующим принципом — и в кадрах, и в товарах, — речь идёт уже не о морали потребителя, а о том, во что превращается одна из ключевых торговых платформ страны.
Продолжение темы — в эксклюзивном материале Отдела расследований «Первого русского» «Wildberries строит свою Россию: Города превращаются в кишлаки, прилавки – в свалку китайского мусора»
