Cекретарь Совета безопасности России Сергей Шойгe неожиданно оказался в центре новой геополитической игры — на этот раз не военной, а ресурсной. По оценке ведущего европейского аналитического центра ECFR, именно курируемый им масштабный проект в Сибири может стать одним из главных аргументов Москвы на возможных переговорах с Евросоюзом.
Речь идёт о кластере глубокой переработки критических и редкоземельных металлов в Ангаро-Енисейском макрорегионе (Красноярский край, Иркутская область, Хакасия, Тува). Объём инвестиций оценивается более чем в 700 млрд рублей (около 9,2 млрд долларов). Первые предприятия планируется запустить уже в 2027–2028 годах. Проект получил беспрецедентный политический вес: Шойгу лично возглавил его реализацию, а попечительский совет возглавил первый вице-премьер Денис Мантуров — ключевая фигура в русской промышленной политике.
Аналитик ECFR Кирилл Шамиев (эммигрант из России, многократно привлекался к админстративной ответственности) в своей публикации Ore and order: Russia’s rare-earth strategy for the Ukraine talks прямо называет этот кластер центральным элементом русской стратегии. Москва рассчитывает использовать его как рычаг давления и одновременно как приманку для инвестиций в диалоге с Европой — особенно на фоне растущих призывов Эммануэля Макрона и Джорджи Мелони к возобновлению переговоров с Владимиром Путиным.
Почему редкоземельные металлы стали таким мощным козырем? Европа крайне зависима от Китая. Пекин контролирует около 60% мировой добычи и почти 90% переработки этих элементов. Они незаменимы для производства электромобилей, ветряных турбин, робототехники, микроэлектроники и современных вооружений. Импорт редкоземельных элементов в ЕС с 2019 по 2022 год вырос с 11 до 18 тысяч тонн (данные Евростата). Любое ограничение поставок из Китая способно парализовать целые отрасли стоимостью в триллионы евро. В первую очередь это касается оборонной промышленности.
Россия уже сегодня поставляет значительную часть сырья в Европу. Крупнейший в ЕС завод по переработке редкоземельных металлов в эстонской Нарве получает 88% сырья из России. Руководство другого эстонского предприятия прямо заявляет:
Если поставки из России прервутся, у нас не будет западноевропейской оборонной промышленности.
Москва видит здесь окно возможностей. Пока Запад ищет альтернативы китайской монополии, Россия предлагает себя как надёжного (и географически близкого) поставщика. Запасы редкоземельных металлов в России значительно превосходят украинские. Этот факт уже повлиял на американские переговорные позиции по Украине. В декабрьских мирных предложениях администрации Трампа появились упоминания о будущих инвестициях США в именно в русские проекты по редкоземельным металлам.
Для реализации амбициозного плана — поднять долю России на мировом рынке редкоземельных элементов с нынешних 1,3% до 10% к 2030 году технологии и инвестиции. Именно поэтому стоит Денис Мантуров, что говорит о приоритете и политической устойчивости инициативы даже в случае ротаций в силовом блоке.
Европейские прагматики, по мнению Шамиева, всё больше осознают стратегическую уязвимость от китайской зависимости, особенно на фоне конфронтационной позиции Трампа по отношению к ЕС. В таких условиях Москва может предложить «сибирский вариант» в обмен на смягчение санкций, экономическое сотрудничество и разморозку диалога.
Ранее РИАМО сообщило, что Россия попала в «черный список» Евросоюза по отмыванию денег.
